В этом деле были все элементы юридического триллера. К этому процессу неоднократно проявляли интерес воронежские СМИ,  а также программа "Специальный корреспондент".  В ходе судебного рассмотрения дела из числа доказательств были исключены 15 протоколов следственных действий, как недопустимые и полученные с нарушением уголовно-процессуального закона.

ОБСТОЯТЕЛЬСТВА ДЕЛА

Утром 6 августа в районе вокзала Воронеж-1 был обнаружен труп женщины с телесными повреждениями. Спустя десять дней по подозрению в совершении преступления были задержаны Соколов и Неволин (все фамилии изменены). 26 августа  также по подозрению в совершении преступления был задержан Пенковский. Они обвинялись в изнасиловании и убийстве Т. в ночь с 5 на 6 августа (в совершении преступлений, предусмотренных статьями 105 ч. 2 п. п. «ж, к», 131 ч. 2 п. «б», 132 ч. 2 п. «б» УК РФ). По версии следствия Пенковский, Соколов и Неволин насильно привели потерпевшую с привокзальной площади вокзала Воронеж-1 в район сортировочного парка рядом с вокзалом, где совершили с ней насильственные половые акты, а затем, с целью сокрытия преступления, убили ее. На момент задержания все трое были несовершеннолетними. Неволин и Соколов днем и ночью проводили время возле игровых автоматов на привокзальной площади, где их знали многие продавцы киосков и работники игровых павильонов.

Адвокат Токмакова В. А. осуществлял защиту Неволина с середины предварительного следствия. К этому моменту в материалах уголовного дела были противоречивые, но  признательные показания Неволина и Соколова при допросах в качестве подозреваемых, обвиняемых, проверках показаний на месте, протоколы опознания ими Пенковского, который отрицал свою причастность к совершению преступлений. В ходе первой беседы Неволин сообщил адвокату, что признательные показания дал под давлением, к преступлениям непричастен, в ночь с 5 на 6 августа на вокзале не был, Пенковского знал, но на вокзале его никогда не встречал, Соколов также не причастен к преступлениям. Однако, Соколов до конца предварительного расследования продолжал давать признательные показания, которые противоречили показаниям Неволина и Пенковского. Перед защитником стояла очень сложная задача. Было проведено адвокатское расследование, по ходатайствам был проведен ряд экспертиз, допрошены дополнительные свидетели. Но дело было направлено с обвинительным заключением в суд. Основными доводами обвинения были признательные показания Неволина и Соколова в ходе предварительного следствия, показания свидетелей Больникова и Сорокиной, следственный эксперимент, протоколы опознаний, заключение судебно-медицинской экспертизы вещественных доказательств.  

Дело трижды рассматривалось первой инстанцией Воронежского областного суда разными коллегиями из трех профессиональных судей. В самом начале первого судебного процесса Соколов сделал заявление об оказанном на него в ходе следствия давлении, была произведена замена его защитника, и все подсудимые не признавали себя виновными. Защита добивалась исключения из числа доказательств всех протоколов допросов несовершеннолетних Соколова и Неволина, проверок показаний на месте, очных ставок, опознаний  и иных следственных действий с их участием в связи с многочисленными нарушениями уголовно-процессуального закона при их проведении. В частности, помимо заявлений об оказанном давлении, показания несовершеннолетние подозреваемые давали в ночное время, без участия их законных представителей,  и, несмотря на наличие противоречий в показаниях, защиту обоих осуществлял один адвокат. Но судом из числа доказательств были исключены лишь два протокола опознания.

Большая  часть судебного следствия прошла вокруг главного свидетеля обвинения Больникова, который, по данным следствия, видел, как в ночь с 5 на 6 августа Пенковский с другим парнем тащили с привокзальной площади женщину, одетую в камуфлированные брюки. В результате проведенного адвокатского расследования было установлено, что данный свидетель страдает рядом психических заболеваний, в том числе параноидной шизофренией. Показания этого свидетеля нельзя было считать достоверными, так как он грубо противоречил себе относительно ряда существенных обстоятельств дела и по своему психическому состоянию не мог участвовать в предварительном следствии, в связи с чем в ходе судебного процесса по ходатайству прокурора в отношении свидетеля проводились две судебно-психиатрические экспертизы. По ходатайствам защиты в суде был допрошен ряд работников павильонов, расположенных рядом с вокзалом, что позволило уточнить время совершения преступления. Были допрошены охранники организаций, расположенных по предполагаемому маршруту следования подсудимых, была исследована предпринимательская деятельность одного из киосков с точностью до применения контрольно-кассовой машины в указанный период времени, что позволило сделать вывод о предположительном характере показаний свидетеля обвинения Сорокиной. Прокурором была инициирована проверка зрения одного из свидетелей обвинения, следствием которой были допросы в судебном заседании двух врачей-офтальмологов. По ходатайству защиты был допрошен эксперт-психиатр высшей категории о состоянии психического здоровья свидетеля, оперативные сотрудники - об обстоятельствах осмотров места происшествия и получения вещественных доказательств, об обстоятельствах розыска законных представителей. Защитой был представлен и ряд других доказательств, опровергающих обвинение. Но судом был сделан вывод, что показания подсудимых Неволина и Соколова на предварительном следствии являются правдивыми. Приговором суда Пенковский,  Неволин и Соколов были осуждены к девяти, семи и четырем годам лишения свободы соответственно.

Приговор был обжалован защитой в судебную коллегию по уголовным делам Верховного Суда РФ, которая приговор отменила, направив дело на новое рассмотрение в Воронежский областной суд в ином составе судей. Основанием для отмены приговора были нарушение права на защиту Неволина и Соколова, другие нарушения уголовно – процессуального закона, а также отсутствие в приговоре оценки ряду доказательств защиты.    

При новом судебном рассмотрении дела по первой инстанции в ходе предварительного слушания уголовное дело было возвращено прокурору ввиду нарушения права на защиту Соколова и Неволина при предъявлении им обвинения на предварительном следствии. После предъявления обвинения и допроса обвиняемых дело снова было направлено в Воронежский областной суд.  Но в ходе процесса обвинение также строилось на первых двух протоколах допросов Неволина и Соколова в качестве подозреваемых, полученных на предварительном следствии и содержащих противоречивые, но признательные показания, а также на показаниях свидетеля обвинения Больникова, который уже не был уверен в том, кого тащили - женщину или мужчину. Допрос в судебном заседании экспертов-психиатров, ранее проводивших стационарную судебно-психиатрическую экспертизу указанного свидетеля, не устранил неясности экспертного исследования. Допрошенный по инициативе защиты эксперт-психиатр высшей категории констатировал наличие у свидетеля психического заболевания. Но в проведении дополнительной экспертизы судом было отказано. В ходе судебного следствия защите удалось добиться исключения из числа доказательств ряда протоколов допросов подсудимых, очных ставок, полученных в ходе предварительного следствия, ввиду нарушения права на защиту. Показаниями ряда свидетелей были в очередной раз опровергнуты показания свидетелей обвинения. Допрос экспертов, проводивших судебно-медицинскую экспертизу вещественных доказательств, подтвердил лишь вероятный характер результатов исследования. Путем сопоставления результатов судебно-медицинской экспертизы и показаний свидетелей защитой было поставлено под сомнение время совершения преступления, указанное в обвинительном заключении. Но приговор снова был обвинительным. Суд лишь исключил из обвинения Пенковского и Неволина один из квалифицирующих признаков убийства – «убийство с целью скрыть другое преступление», осудив всех троих подсудимых к тем же срокам наказания.

Защита вновь не согласилась с позицией суда и в очередной раз обжаловала приговор. Определением судебной коллегии Верховного Суда РФ приговор был отменен, и дело вновь направлено на новое судебное разбирательство в ином составе судей. При этом Верховным Судом были даны указания суду первой инстанции тщательно проверить доводы защиты о нарушении права на защиту Неволина и Соколова и дать этим обстоятельствам соответствующую оценку, а также тщательно проверить показания свидетеля Больникова, выяснить и оценить противоречия в зависимости от заключения психиатров о его возможности с учетом психического заболевания воспринимать события и правильно их оценивать. Кроме того, было дано указание о проверке относимости ряда вещественных доказательств к рассматриваемому делу.

В ходе третьего судебного процесса в Воронежском областном суде защите, наконец, удалось добиться исключения из числа доказательств протоколов всех следственных действий, которые были получены с нарушением уголовно – процессуального закона, права на защиту несовершеннолетних Неволина и Соколова. Всего из числа доказательств были исключены 15 протоколов следственных действий, как недопустимые и полученные с нарушением уголовно-процессуального закона. Это были протоколы задержаний, допросов в качестве свидетелей, допросов подозреваемых и обвиняемых, проверки показаний на месте, следственного эксперимента, протоколы опознаний. В рамках этого процесса по инициативе обвинения на исследование молекулярно – генетической экспертизы был представлен презерватив, обнаруженный на месте преступления. Результаты молекулярно – генетического исследования не подтвердили причастность подсудимых к инкриминируемым преступлениям. Повторная судебно – психиатрическая экспертиза свидетеля Больникова так и не была проведена.

РЕЗУЛЬТАТ

Защита доказала несостоятельность предъявленного обвинения. Прокурор вынужден был отказаться от обвинения в полном объеме. Определением Воронежского областного суда уголовное преследование в отношении Пенковского, Неволина и Соколова  было прекращено на основании п.1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ  ввиду  непричастности их к совершению преступления. Подзащитные были освобождены из-под стражи в зале суда. Министерством Финансов РФ реабилитированным была выплачена компенсация морального вреда за незаконное содержание под стражей в течение длительного времени.

Смотреть публикацию по делу в СМИ 

 ДЕЛА АДВОКАТА

Смотреть все дела

ЗАДАТЬ ВОПРОС